Поделиться

Голубкина откровенно рассказала о разводе с Фоменко

Знаменитости
23 Сен 2020

13 лет Мария Голубкина была замужем за Николаем Фоменко. В браке у артистов родились дочь Анастасия и сын Иван. Но счастливой сказки о любви не получилось. Супруги расстались. Голубкина не любит вспоминать о разводе.

Ads

Лишь иногда актриса касается этой темы. В свой 47-й день рождения она вскользь упомянула о причинах расставания со звездой бит-квартета «Секрет».

По словам Голубкиной, они с мужем банально не смогли ужиться вместе. «Нет какой-то одной причины развода — их миллион. Просто если перечислять все, то он покажется какой-то сволочью и гнидой. Я не хочу обижать его», — призналась кинозвезда.

Стоит сказать, что Фоменко смог найти новую любовь. С 2009 года шоумен женат на Наталье Кутобаевой, пресс-секретаре губернатора Санкт-Петербурга. Для Николая это четвертый брак, но похоже, что на этот раз он наконец встретил свою родственную душу.

Мария же больше не ходила под венец. Первое время после развода у актрисы были отношения с сыном знаменитого Василия Ливанова, телеведущим Борисом Ливановым. Дело шло к свадьбе, но потом мужчина из-за глупой ошибки отправился в места не столь отдаленные. Больше Голубкина не искала серьезных отношений.

Сейчас Мария Андреевна наслаждается одиночеством. По словам актрисы, такое положение дел ее полностью устраивает: «Не надо ни под кого подстраиваться и находиться в одной кровати с кем-то храпящим».

Теперь у звезды театра и кино немного другие приоритеты. Голубкина с нетерпением ждет, когда дочь одарит ее внуками. «Я с ними буду сидеть, если она мне, конечно, доверит такую ответственность», — поделилась актриса. По словам Голубкиной, она крайне строго воспитывала своих детей.

А вот ее мать, звезда СССР Лариса Голубкина, в свое время почти не помогала со внуками. По словам Марии, ее знаменитая мама в первую очередь беспокоится о себе.

Дочь актрисы долго не могла смириться с таким равнодушием, но к 45 годам привыкла и теперь принимает позицию матери.

Голубкина о разводе с Фоменко: «Мы больше не могли жить вместе»